Александр Легков: Ради олимпийского золота отдам три года жизни. Без раздумий

Май 1, 2015
0
555

Он выходил на соревнования со сломанным носом, он не становился олимпийским чемпионом из-за рока, который, казалось, преследовал — случайное падение, сломанная палка. Слезы после четвертого места в Ванкувере, когда он, догоняя оторвавшегося шведа, привез соперников к медалям, а сам остался без нее на финише дуатлона.

Российский лыжник Александр Легков был тем, за которого в последний день на Олимпиаде в Сочи болели многие. И вот она олимпийская победа — на 50 км, весь пьедестал занимают российские лыжники. О жизни после большой победы, о том, чем пришлось пожертвовать, и о том, что будет дальше, Легков рассказал в интервью Sportbox.ru.

— Многие говорят, что они шли к большой победе, а потом наступает опустошение…

— Так и есть. Это опустошение приходит тогда, когда ты к этому очень долго идешь. Когда это еще не завершение карьеры, но близко к этому, чем если бы это произошло в 22-23 года. Надо находить мотивацию, как-то брать себя в руки.

Я олимпийской золотой медали добился в 31 год, и это хорошо. У меня никогда не будет звездной болезни. Потому добился всего через труд, жестокие падения, разочарования. Я уже взрослый, состоявшийся человек, соображаю головой. Возможно, если бы мне было 20 или 23, стал бы олимпийским чемпионом, поймал бы «звезду». Мне эта медаль просто греет душу. И душа моя спокойна — я не зря отдал спорту всю свою жизнь.

— Вы даже в музей отдали свою медаль.

— А зачем она дома нужна? Запылится, буду смотреть на нее раз в год. Разве не лучше отдать ее в музей? Чтобы дети, которые занимаются в спортивных школах, видели, и это было бы для них стимулом. Раньше, когда я смотрел на такие награды, у меня слюна текла — так я этого хотел.

— От чего вы отказались ради победы в Сочи?

— За последние четыре года я абстрагировался от всего и занимался только спортом. Не было никаких других дел. Если они появлялись, я просто их не делал. Я ругался с близкими, родными… У меня накопилось очень много бытовых нерешенных вопросов. Это приятные хлопоты, хочу их решить. Просто жить обычной жизнью — это реально тяжело. У меня жизнь складывается намного проще: покушал, потренировался, поспал, мне сделали массаж. У меня все очень просто. В жизни ничего простого нет.

— Олимпийское золото стоило этих жертв?

— Сломанные носы и палки, неудачи и какие-то победы, поражения… Конечно, это стоило того. Я отказался от всего. Абсолютно. Но это не так сложно. Не какой-то подвиг совершил, отказавшись от гуляний, кафешек…

— А, например, завести ребенка?

— Да. Это сложно. У кого-то получается заехать домой на день, и уже не один, а двое детей. У кого-то с этим сложнее. В моей ситуации даже это можно считать за отказ. Поэтому сейчас я занимаюсь семейными вопросами. Чтобы и дом был, и дети.

— У спортсменов спрашивают, на что они готовы ради победы. Пожертвовали бы тремя годами жизни, например?

— Ради золотой медали отказался бы. Однозначно. Потому что я был одержим этой победой. Для меня это было все. Потому что это мечта.

— Европейцы развлекаются, норвежцы те же, про них ходит много веселых историй.

— Кстати, всегда они удивляли. Мы зациклены на спорте. Ходим угрюмые, сосредоточенные, цель — номер один. Они относятся как-то спокойно, на расслабоне. Могут и погулять, выпить даже, а на следующий день у них все хорошо. Может, связано с тем, что в Европе у людей более уверенная жизнь. Если не спорт, то они найдут себя в каком-то деле, у них есть уверенность в завтрашнем дне. В России с этим сложнее. Представляете, спортсмены тренируются 15-20 лет, и не дай Бог, не получается что-то завоевать, тогда он как птенец, выброшенный на улицу. Жизнь – жестокая штука. У меня есть страх за будущее. Выиграв Олимпиаду, думал, что себе обеспечу жизнь, и будет легче. Конечно, легче. Имя играет роль. Но все равно нужно чем-то дальше жить. Может, поэтому в нашей стране спортсмены такие угрюмые и напряженные. Потому что провел треть жизни в спорте, а дальше что? Если ты уходишь без результата. Может, поэтому европейцы и позитивные такие — смотрят на это проще. Хотя я думаю, что Дарио Колонья и Петер Нортуг — трудоголики, у которых мышление исключительно спортивное. Они занимаются своим делом и четко выполняют все по плану.

— Какова ваша уверенность в завтрашнем дне?

— Всегда приходится рассчитывать только на себя. Понимаю, что у меня есть знакомые, близкие, клуб «Пересвет», в котором я собираюсь дальше заниматься во благо нашего лыжного спорта. В этом моя уверенность. Если бы не «Пересвет», никакой уверенности бы не было. Многие могли совмещать учебу со спортом, книжки читали, а мне лень было. Такой я человек. Тренировался и отдыхал. После Олимпиады друзья говорили: придется пойти учится. И я поддерживаю их мнение. Но все равно спортивную карьеру сейчас закончить не могу, потому что это мое все.

— Чем могли бы заниматься?

— Только спорт. Я в этом деле профессионал. Знаю, что нужно делать. Смогу всему в спорте научиться. Очень хотел бы развивать лыжные гонки у нас. Много общаюсь со специалистами, знаю, как с этим у нас обстоят дела. Постарался бы многое изменить. Начать надо с детей, потому что за ними будущее. Со стадионами уже попроще — их намного больше, чем раньше. И оборудование появляется очень хорошее. Считаю, что не нужно строить громадных стадионов, нужно строить маленькие спортивные школы — за этим будущее. Школы будут простенькими, но эффективными.

— Что положительного вы вынесли из этого не самого удачного постолимпийского сезона?

— Я подтвердил свою теорию о том, что в спорте мелочей не бывает. И если хоть немножко начинаешь думать о другом – результатов не будет. Поэтому никогда не давал себе расслабляться. Круглый год тренировался, ни минуты не отдыхал. В голове только тренировки, сон, правильное питание.

— С кем вы будете в следующем сезоне тренироваться?

— Сейчас вопрос решается. В группе Юрия Каминского со спринтерами, других вариантов пока не было. Я не буду выполнять их работу, у меня своя задача. Ищу сейчас человека, который будет помогать мне и потренироваться, и поснимать меня на камеру, и купить мне билеты, и забронировать отель. Бывает, что прилетаешь на сборы, а график не совпадает с командным. И мне самому нужно планировать, заказывать, покупать — весь этот год был таким. До этого все было идеально: все, как по часам. Когда я занимался только спортом, когда стояла задача только тренироваться. Для меня сейчас это больной вопрос.

— Вы в детстве занимались хоккеем. Как удалось переключиться с игрового вида на циклический?

— Мне было очень мало лет, детям переключиться не так сложно. Не было возможности возить меня на тренировки. Пошел в секцию не для того, чтобы стать лыжником — на месте сидеть не мог, нужно было двигаться. Меня заметил тренер Владимир Васильевич, забрал в Москву, и только с этого момента стал заниматься профессионально. Сначала нагрузки были небольшие. Это было как хобби. До 15 лет вообще не думал, что нужно правильно тренироваться. А потом оглянулся и понял, что время летит. И в школе уже учился не так, как надо, и в университете стали тянуть. Вот тогда я и понял, что одержим спортом.

— Что, на ваш взгляд, тяжелее — «Тур де Ски», победителем которого вы становились, или «Джиро-д’Италия», например?

— Формат «Тур де Ски» хорошо развивается. Это очень тяжелый турнир. На мой взгляд, его выиграть тяжелее, чем Олимпийские игры. Но если сравнивать с велоспортом, то, конечно, веломногодневки тяжелее. Вообще не понимаю, как они по три недели могут проезжать такое количество километров. Это бешеный вид спорта. Я на тренировках по пять часов по горам катаюсь спокойно, без особого морального напряжения и возвращаюсь вообще никакой. А люди каждый день проезжают столько…

Многие не представляют наших объемов работы, как можно 50 км на лыжах с такой скоростью проехать. А я не представляю как, например, играет в футбол та же «Барселона». Как такие финты делают? Это выглядит как спектакль. Для меня это что-то нереальное. А своим делом занимаюсь каждый день, поэтому для меня это так просто, что я считаю — каждый сможет это сделать.

Легков спас корреспондента Sportbox.ru от разрыва сердца

— Вы – лицо кампании adidas «Разбуди свой спальный район». Вы отправляли на старт участников Первого забега. Что думаете об этом начинании?

— Это обалденно. Наконец-то у нас приходят к тому, чтобы разбудить районы. Пускай для начала в Москве. Потом по всей России. Это здоровье, радость, знакомства. Давным-давно надо было это сделать. Когда начинаешь в это втягиваться, такое ощущение классное после тренировки — утром просыпаешься слегка уставшим, чувствуешь свои мышцы. Для меня, например, за честь побегать с людьми, которые пришли на встречу со мной, с удовольствием это делаю. Даже если нет времени, постараюсь его найти. Не для имиджа — смотрите, какой я приехал. Нет, просто мне это интересно.

Очень приятно то, что меня знают в стране. И до этого знали. А после Олимпиады, например, приятно, когда тебя останавливают, подходят, автограф просят. Это клево! Никогда никому не откажу, распишусь, со всеми сфотографируюсь. У меня такая позиция.

— На следующую Олимпиаду планируете?

— Еще от трех лет жизни отказаться? Сложный вопрос. Не отвечу на него однозначно.

Катерина Манина, Sportbox.ru

Комментарии (0)

Оставить коментарий

Новости партнёров

Александр Никитин значительно улучшил позиции в рейтинге губернаторов

Компания «Медиалогия» представила рейтинг губернаторов за апрель. В нем среди глав всех регионов России Александр Никитин занимает 50 позицию из…

Май 21, 2018

Sportbox

Лучшее фото

Журнал