Андрей Королев: «В хирургии, как в хоккее»

Фев 24, 2014
0
824

— Как правило, врач спортивной команды не проводит сложную диагностику, не делает операции, но он ставит первичный диагноз, организует обследование и лечение, а также занимается реабилитацией игроков. Также наивно предполагать, что в случае травм игроки идут в общую очередь клиник и травмпунктов. Клубный доктор обязан иметь в арсенале контакты профильных специалистов, которым он готов доверить здоровье своих спортсменов. Часто их «экстренным номером» становится мобильный профессора Андрея Вадимовича Королева, хирурга-ортопеда-травматолога, главного врача и медицинского директора Европейской клиники спортивной травматологии и ортопедии (ECSTO). Как ставить на место, сшивать, склеивать, укреплять и развивать «золотые конечности», лечить спортсменов высочайшего уровня, Андрей Королев рассказал в эксклюзивном интервью.

 Наша беседа начинается в кабинете профессора Андрея Королева в современной многофункциональной клинике, расположенной в Орловском переулке в центре Москвы. ECSTO – одно из ведущих подразделений группы клиник Европейского медицинского центра (ЕМС). Здесь вернули в боевой строй сотни знаменитых хоккеистов. Как сам доктор относится к этому виду спорта?

Королёв Андрей Вадимович – профессор, доктор медицинских наук, хирург-ортопед-травматолог. Главный врач и медицинский директор ECSTO – Европейской клиники спортивной травматологии и ортопедии (г. Москва). Профессор кафедры травматологии и ортопедии Российского университета дружбы народов. Член ряда международных хирургических обществ. Президент АСТАОР (Ассоциация спортивных травматологов, артроскопических и ортопедических хирургов, реабилитологов). Главный консультант по ортопедии и спортивной травматологии сети спортивных клубов WORLD-CLASS.

— Я болею за сборную России, смотрю все международные матчи и Олимпийские трансляции, — говорит Королев. — К матчам КХЛ стараюсь относиться нейтрально. Почему? Мы работаем практически со всеми клубами, и выделять кого-то не совсем этично. Сам люблю играть — когда-то мы с приятелями по вечерам гоняли шайбу, арендовали лед в Олимпийском или в Сетуни, получали огромное удовольствие. Хоккей еще не был тогда настолько популярен, как теперь, однако затягивало, ощущался настоящий командный дух… Но в определенный момент появилось много обязательств — как в рамках ECSTO, так и перед семьей. Из-за работы оставалось не так много свободного времени, да и, честно говоря, страшновато стало. Ведь если для кого-то перелом — просто травма, которую можно подлечить, то у меня ситуация несколько иная. Травм быть не должно в принципе. Я хирург, и любая, даже самая малая, травма будет иметь довольно ощутимые практические отрицательные последствия для моих пациентов и для меня лично. При этом у меня сохранилась вся экипировка, и я с удовольствием хожу с сыном на каток. Но в этот момент моя безопасность зависит от меня и только от меня, никто не может нанести мне травму. От контактного же хоккея стараюсь быть в стороне. Просто в нашей клинике очень многие процессы завязаны на мне лично. Мы — одна большая команда, не соответствовать ожиданиям своих партнеров по работе в клинике я не могу.

— А как обстоят дела с другими видами спорта?

— Люблю те, где ситуацию можно контролировать самому. Например, горные лыжи, теннис, волейбол, водные лыжи. К футболу отношусь так же, как к хоккею. Когда бегу по полю, так и вижу: здесь мне повредят голеностоп, здесь останусь без ахилла, и так далее… Работа, естественно, накладывает отпечаток. Может быть, кто-то скажет, что я нахожусь в плену фобий… Но, с другой стороны, в моем понимании, это здравый рассудок, прагматичный подход.

— Вы бережете не только свое здоровье, но и привыкли ежедневно ставить на ноги обращающихся к Вам за помощью людей. Вашими пациентами могут быть как спортсмены мировой величины, так и далекие от спорта горожане, которые поскользнулись, спеша в офис на работу… Известно, что в ECSTO постоянно лечатся иностранцы… Как Вы находите общий язык с каждым пациентом?

— Я, прежде всего, строго придерживаюсь профессиональных рамок и стараюсь качественно выполнять свою работу, независимо от того, кто ко мне обратился. Каждый человек в клинике – это пациент, которому нужно поставить правильный диагноз и лечить так, чтобы он жил полноценной жизнью. Что касается иностранных пациентов, лично я владею четырьмя языками: английским, французским и немецким. С последним столкнулся непосредственно в Германии, получив приглашение на профессиональную стажировку. В Мюнхене я пробыл три года и в самом начале пребывания прошел специализированный языковой курс в «Гёте-институте». Знание языков позволяет свободно общаться как с зарубежными коллегами, так и с пациентами, специально прилетающими в ECSTO из разных стран. На иностранных языках говорят все сотрудники нашей клиники.

— Как возникла идея создания специализированной клиники спортивной травматологии и ортопедии, соответствующей европейским медицинским стандартам, в Москве?

— Я видел достаточно много клиник, меня это всегда интересовало… После возвращения из Германии задался целью открыть свою. Многое долго не получалось, было сложно создать именно европейскую клинику на российской почве… Лично мне нужно было пройти значимые этапы, получить звание профессора, достигнуть определенного совершенства в профессии, сплотить вокруг себя команду профессионалов, и так далее… Лишь когда все это было пройдено, занялся организацией клиники. За годы практики в странах ЕС сложилось понимание, что такое правильно организованная клиника. Когда мы открывали ECSTO в 2009-м году, постарались взять на вооружение наиболее успешные мировые стандарты организации хирургической, экстренной, травматологической помощи, диагностики, реабилитации в области спортивной медицины и ортопедии. Это же касается и правильного выстраивания работы персонала. А клиника такая, безусловно, нужна России, нужна Москве. Столичные стадионы и площадки все чаще принимают спортсменов со всего мира в рамках международных чемпионатов. Наш спорт был, есть и будет одним из сильнейших. В этом году Сочи принимает Олимпийский огонь. К слову, Оргкомитет игр оказал ECSTO честь, пригласив наших врачей в состав экспертного совета по медицине.

— В ECSTO лечат именно так, как в клиниках ЕС? Почему же российские спортсмены все же уезжают лечиться за границу?

— Видимо, от недостатка информации. В нашей клинике персонал работает так, как за границей. В ECSTO отличий нет никаких от частных клиник Европы. Высокопрофессиональные сотрудники, блестяще организованные операционные, дорогостоящее оборудование, опытные анестезиологи, проверенные и хорошо зарекомендовавшие себя препараты. ECSTO на сегодняшний день – это две крупные клиники с отделениями реабилитации в Москве: в Орловском переулке и на улице Щепкина.

— Не секрет, что залогом успешного лечения являются опыт и компетенция врача, но «правильного» специалиста иногда очень сложно отыскать. Как находят Вас?

— Как правило, по «сарафанному радио». С начала нулевых годов мы работали практически со всеми спортивными клубами. По большому счету, раньше спортсмены, а сейчас мы говорим о хоккеистах, занимались всем сами, клубы мало кому помогали… Теперь ситуация изменилась. С самого основания ECSTO у нас сложились прекрасные рабочие отношения с ведущими клубами, и мы рады, что смогли помочь многим игрокам снова выйти на лед. С командными врачами достаточно давно сотрудничаем, со многими из них у нас весьма доверительные отношения. На лечение приезжает немало игроков из НХЛ. Хотя активнее всего работаем с российскими клубами, в том числе и футбольными. Московское «Динамо», «Ак Барс», «Автомобилист», «Амур»… География — вся Россия и страны СНГ. Кстати, недавно у меня на обследовании было два хоккеиста из Хабаровска.

— А сборная России по хоккею?

— С игроками сборной у нас прекрасные отношения. С доктором Коновым Валерием Евгеньевичем общаемся практически каждый день.

В настоящее время профессор Андрей Королев консультирует в области ортопедии и травматологии многие профессиональные спортивные клубы России и других стран (БК ЦСКА, БК «Спартак», БК «Химки», БК «Динамо-Москва», ОХК «Динамо», ФК ЦСКА, ФК «Зенит», ВК «Белогорье», ВК «Заречье», сборные России по хоккею и футболу, теннисный Кубок Кремля, и др.).

— Какие травмы преследуют хоккеистов чаще всего?

— Самые частые связаны с плечевым поясом. Например, разрыв акромиально-ключичного сочленения. Он возникает от сильного удара о борт. Человек рефлекторно защищается плечом, но этот удар, сбоку, приводит к повреждениям в акромиально-ключичном сочленении. Вторая частая проблема – это вывихи в плечевом суставе. Когда однажды произошедший вывих плеча приводит к разрыву одной из структур сустава – «суставной губы». Третья – разрыв крестообразной связки коленного сустава. Это происходит, если сильный удар приходится на опорную ногу. Четвертая – разрыв мениска. Он случается чаще всего у вратарей от частых приседаний. И последняя проблема – повреждения кистевых суставов. Это незащищенная часть тела, а удары в хоккее довольно часто приходятся по рукам.

— Существуют ли «безнадежные» травмы, и как от них уберечься?

— Большинство хоккеистов – довольно крепкие ребята. Практически любую травму можно вылечить. Разве что, если только речь идет о переломе позвоночника. Но я не слышал, чтобы в хоккее кто-то так травмировался. Для этого нужны специфические условия.

— Дайте, пожалуйста, общий совет, как хоккеистам уберечься от травм?

— Во-первых, нужно качественно проводить разминку. Это может звучать банально, но, тем не менее, часто хорошей разминкой перед игрой пренебрегают. Мягкие, растянутые связки позволяют свести риск получения травмы к минимуму. В основном связки и суставы повреждаются из-за недостаточной разминки. Вторая причина – перегрузка. Если честно, я не совсем понимаю, зачем игроков подвергают чрезмерной нагрузке. Например, когда подряд идут тренировка, игра, и еще одна тренировка… И все в один день! Общий КПД только падает. Суставы, естественно, подвергаются усиленному износу, от этого в разы повышается риск получения травм. Также уберечься от травм можно, работая над координацией движений. Я имею в виду группировку во время столкновений и падений. При правильном положении тела в такие моменты риск получения травм будет невелик.

— Если все же игрок получил травму, какая первостепенная задача командного врача?

— Задача: оказать первую помощь, поставить первичный диагноз и направить игрока на дальнейшее обследование или экстренное лечение. Какие-то более узкие или, наоборот, масштабные, задачи решают профильные специалисты. Поэтому нам важно постоянно быть на связи с командными докторами. Если возникают какие-либо вопросы — переписываемся, обмениваемся фотографиями, консультируем… Современные технологии позволяют делать серьезные вещи, причем весьма оперативно. Бывает, атлет только что-то повредил, а снимок уже у меня в компьютере. Скорость принятия решений в медицине иногда решает столько же, сколько в хоккее. Главное – чтобы эти решения были правильными.

— Каковы современные тенденции в лечении спортсменов, в частности, хоккеистов?

— Главное – это качественное установление диагноза. В ECSTO диагностическое отделение работает круглосуточно, в нашем арсенале – экспертные модели КТ и МРТ, цифровой рентгенологический аппарат… И конечно, определяющую роль играют компетенция, опыт и профессиональная интуиция врача. Важны быстрый осмотр повреждения и техничное выполнение необходимых мероприятий. Если нужна операция, то необходимо провести ее максимально оперативно и результативно.

— Когда спортсмен сможет выйти на лед после «среднестатистической травмы» (перелом, вывих)?

— Если травма некритичная, это, например, частичный разрыв связки или небольшая операция, то спортсмен сможет выйти на лед через три-четыре недели. Если травма серьезная, то период восстановления составит от двух до восьми месяцев.

— В чем специфика реабилитации хоккеистов после травм?

— У каждого вида спорта есть свои, так называемые спортспецифичные движения. У хоккеистов многие движения носят скользящий, толкающий характер. Поэтому при реабилитации хоккеистов мы стараемся сконцентрироваться именно на этих движениях. Кроме того, хоккеистам нужно максимально быстро восстановить тонус в мышцах бедра. Как правило, они очень хорошо развиты у хоккеистов. И это весьма ощутимо, когда тонус в них снижается.

— С чем для Вас в большей степени ассоциируется командная работа в хирургии — с хоккеем или, скажем, с симфоническим оркестром?

— Очень интересное сравнение, никогда об этом не задумывался. Наверное, все же хоккей. Да, сто процентов. В оркестре почти все зависит от дирижера, а в хирургии все, как в хоккее: есть лидеры, есть человек, который постоянно на подхвате, форварды, защитники, основной состав, и «скамья запасных» в виде молодых начинающих докторов… Отсутствие любого из звеньев очень сильно сказывается на процессе. Я очень ценю свою команду – нас более 50 человек, врачей и персонала, но без любого «игрока» крайне сложно сделать все правильно и результативно.

— Вы себя к какому амплуа относите?

— Я – играющий тренер, пожалуй

Комментарии (0)

Оставить коментарий

Новости Тамбова

Sportbox

Лучшее фото

Журнал