Свалка. Боб Проберт: Король полицейских

Июн 5, 2015
0
965

Новый герой «Свалки» — личность крайне неординарная. Он провел полноценную карьеру, о которой уже многие годы слагают легенды. Его все знали как короля своего дела. Его боялись и уважали. Взять над ним верх считалось великолепным достижением, просто-таки вершиной мастерства. Но была у него и обратная сторона – за пределами льда. На «Свалке», как мы уже неоднократно убеждались на многих примерах, можно оказаться по самым разным причинам. Что ж, хватит предисловий. Ровно 50 лет назад родился Боб Проберт — величайший тафгай всех времен и народов. О нем и пойдет наш новый рассказ.

«Когда родители уехали, мы тут же опорожнили несколько бочонков пива»

«Если бы не хоккей, я бы все равно был полицейским. Только настоящим. В детстве довелось немало пообщаться с копами – отец был одним из них. Вершил уличное правосудие с помощью дубинки. Его лучше было слушать, а иначе доставалась хорошая затрещина», — вспоминает Проберт. Как любой нормальный подросток, он ненавидел сидеть на месте. Диагноз – синдром дефицита внимания, который так любят ставить детям американские врачи. Тем не менее, отец был для Боба настоящим образцом силы, стойкости и мужества.

Как и тысячи других канадцев, в хоккей Боб начал играть, едва встав на ноги. Талант у него был, и еще какой: как вам показатель 60+40 в 55 матчах младшей лиги? Парень был на примете у нескольких команд OHL. 187 сантиметров, 97 килограмм (в 16-то лет!), хороший контроль шайбы, отличная результативность. Но уже тогда страсть к игре жила у него по соседству с другой, имя которой – алкоголь. Однажды переборщив с тайком украденным у отца пивом, Проберт-младший вошел во вкус. Боб стал завсегдатаем посиделок вместе со своими друзьями, добывая запретные плоды по поддельным удостоверениям личности. Которые, кстати, он сам и изготовил. Постепенно их похождения учащались, а сюжеты становились все интереснее. К вышеупомянутому добавились девушки легкого поведения и проблемы как с соседями, так и с полицией. Тем временем, Проберта пригласила в тренировочный лагерь команда «Брентфорд Александерс». Приехав туда, опустошенный после скоропостижной смерти отца, будущий король тафгаев несколько растерялся. «Все ребята выглядели просто-таки святыми, — вспоминал Боб. – Но когда уехали родители, мы тут же опорожнили несколько бочонков пива». Ему было хорошо только после выпивки. Вскоре это переросло в серьезную проблему и даже зависимость. 12 осушенных кружек для него уже не были преградой – от них он даже не пьянел. Его выгоняли из съемной квартиры и с тренировок, а также на некоторое время исключали из состава команды. Про занятия в школе речи никакой и вовсе быть не могло, там Боб появлялся только чтобы повидаться с друзьями и отдельно с сокурсницами. Проберту ставят ультиматум: либо тренировки с самого утра, либо прощание с хоккеем. Чтобы избежать печального серого будущего, он выбрал первое.

Матч «Брентфорд» — «Кингстон». Очередной поединок двух молодежных канадских ледовых дружин. Вообще, Боба было трудно вывести из душевного равновесия, но одному из тафгаев соперников это удалось. Проберт удачно попадает и валит его на лед. Это была его первая настоящая драка. Сколько их еще будет? С каждой новой игрой он приобретал славу парня, с которым лучше не стоит связываться. Внезапно Боб стал замечать, что у него появилось больше игрового пространства. Его сторонятся оппоненты, предпочитая находиться где-нибудь в другом месте. Он решил не упускать такую возможность и всерьез начать учиться драться. Ведь помимо него в команде есть еще два десятка игроков. Даже «Защитникам» иногда нужна защита.

«Я решил выбрать Боба сразу, как только увидел его удар»

В июне 1983-го «Детройт Ред Уингз» выбирает Проберта в 3-м раунде Драфта. К слову, тогда же под крылом клуба из «Города Моторов» оказались Стив Айзерман и Джо Кошур. Урожайный год, не правда ли? Дуэт Проберта и Кошура вскоре станет известен на всю Лигу, их будут звать «Братья Синяки». «Я решил выбрать Боба сразу, как только увидел его удар», — рассказывал тогдашний генеральный менеджер «Детройта» Джимми Девеллано. В то время клуб считался одним из слабейших в Лиге. Не было ни зрителей, ни трофеев, ни зрелищной игры. Проберт являлся одним из тех, в ком видели будущее команды. Но будущее и настоящее – две разные вещи, и далеко не все сразу же выходят на лед в цветах выбравшего их коллектива. Так было и с Бобом – после общений с прессой он вернулся в Брентфорт, чтобы провести там еще один полный ярких красок молодости сезон. За тот год он успел и поучаствовать в настоящем побоище против клуба «Бельвиль Буллс», и переспать с женой владельца «Александерс», и как следует поработать над своей техникой. Тренеры критиковали Проберта за то, что он делает слишком много передач – иногда ведь нужно и самому бросать. Спустя год работы Боба над своим щелчком 12 голов переросли в 35. Как итог – приглашение на Матч Всех Звезд OHL. И последовавшее за ним опоздание на раскатку, неслабо разозлившее весь тренерский штаб и менеджмент, заявившийся на него посмотреть. Проберт был отстранен от участия в игре и упустил возможность зарекомендовать себя для взрослой команды.

Перед следующим сезоном «Александерс» переезжают в Гамильтон и меняют название на «Стилхокс». Боб спорит с главным тренером по поводу традиции посвящения новичков. Их обривали полностью с ног до головы, и наставник хотел положить этому конец. «Все через это проходили. И я проходил, и даже Гретцки. А тут – прекратить!» — возмущался тафгай. После 4 стартовых матчей он вместе с партнерами здорово напивается, после чего начинается-таки «посвящение». Проберт был выгнан из клуба навсегда. Девеллано вовсе не радовала перспектива потери талантливого игрока, и он поспешил заключить с ним контракт. Для Боба это стало словно лучом света – такой мотивации для тренировок он не получал уже давно. Повышать квалификацию он отправился в другой клуб OHL – «Сент-Мэри Грейхаундс», стремившийся заполучить Мемориальный Кубок и нуждавшийся в хорошем бойце. В матче против «Гамильтона», транслировавшемся по ТВ, Проберт вырубил сразу нескольких своих бывших одноклубников. У него стали появляться поклонники. А главное – то, чего не было раньше: взаимопонимание с тренером. Команда стала победителем Лиги Онтарио, но уступила в полуфинале Мемориального Кубка.

Летом Боб отправился в тренировочный лагерь «Детройта». Для него это был третий шанс пробиться в высший эшелон. «В прошлые разы я думал: не получится – ну и ладно, вернусь в юниорскую команду. Но теперь у меня такой возможности не было. Впрочем, я был неплохо подготовлен», — вспоминает хоккеист. Но у руководства «красных крыльев» были другие соображения по поводу Проберта. Взяв в основу трех забивных нападающих, тафгая они решили отправить в фарм – «Адирондак Ред Уингз». Там же оказался и Кошур. Боб был сильно расстроен от такого поворота событий. Но долго печалиться ему не пришлось – уже в ноябре он был вызван обратно в «Город Моторов». Команда по-прежнему находилась в плачевном состоянии – всего одна победа в 12 матчах на старте сезона. «Видимо, решили, что хуже все равно не будет – вот и вернули меня», — так он оценивал это приглашение. Проберт знал, что если он хочет остаться в НХЛ, то драться придется много и тяжело. Он был к этому готов. Первым соперником 20-летнего «Проби» стал Крэйг Кокс. Их бой был признан лучшим в сезоне-85/86. В том году «Детройт» занял 5-е место в дивизионе, по-прежнему оставаясь в роли статистов. А вот фарм, «Адирондак», не просто вышел в плей-офф, но и выиграл Кубок Колдера. Одним из ключевых моментов для команды стала концовка четвертого матча серии против «Фредериктон Экспресс». Противник издевательски побеждал со счетом 7:1, а их голкипер в той игре творил чудеса. «Сделайте же что-нибудь уже!» — слышалось со скамейки «крыльев». Проберт взял на себя инициативу: примчавшись на полной скорости, он врезался в стража ворот соперников, приложив того о перекладину ворот. Что интересно, ни один из игроков «Фредериктона» не осмелился попробовать отомстить ему. В следующих матчах игроки «Экспресс» (в первую очередь – вратарь) не были похожи сами на себя. Настал черед «Ред Уингз» глумиться над противником. Полуфиналы Бобу пришлось пропустить из-за обвинений в езде в нетрезвом виде. Но на финал против «Херши Бирс», фарма «Филадельфии», он был снова в строю. Одержав великолепную победу сразу над двумя бойцами, Проберт придал уверенности своим партнерам, и в итоге долгожданный трофей был добыт. Во время празднования победы Боб умудрился снова подраться, на этот раз в баре – одноклубников он привык защищать как на льду, так и за его пределами. Тем же вечером впервые в жизни Проберт попробовал кокаин.

«Моя задача была проста: оберегать Стиви любой ценой»

Вскоре ему пришлось отправиться в реабилитационный центр. Для интервью он говорил, что его жизнь налаживается, что все хорошо, и он вот-вот станет другим. Об этом писали в газетах. Три курса терапии не привели ни к чему – Проберт с завидным упрямством отправлялся после них по барам, приводил в палату девушек (причем, всегда разных). С ним говорили врачи, родные, персонал команды, но все впустую. То на Супербоул выпьет, сказав, что для него это святой день, то с друзьями куда-нибудь сорвется. Что там говорить, иногда и смотрители «не замечали» кружку-другую, получая взамен билеты на матчи «Детройта» и автографы для их детей. Его отпускали на тренировки и игры, продолжая вот такое вот лечение в остальное время. Последней каплей стал вроде бы безобидный заказ пиццы прямо в палату. Однако на этом реабилитация Боба завершилась досрочно.

В матче с «Норт Старз» тафгаю удалось реализовать буллит. «Я ужасно нервничал перед броском, но в итоге все получилось. Это было круто», — вспоминал о том моменте Боб. Кто-то нервничает при встрече с парнем, чей удар может навсегда изменить черты лица, но спокойно пробивает один буллит за другим. Но тем и примечательны хоккейные бойцы, что у них все ровно наоборот. Проберт не помнил себя от счастья, когда его пригласили на Матч Звезд НХЛ 1988-го. На этот раз он не опаздывал, выехал заблаговременно, но без проблем все равно не обошлось: пограничники долго не хотели пропускать хоккеиста из-за многочисленных проблем с законом в США. Но все удалось уладить, и «Проби» наконец-то смог «зажечь» с другими звездами. Позже он называл тот день одним из самых памятных в его карьере. Проделанная им работа не осталась без внимания и в штабе руководства «Ред Уингз». За Пробертом закрепилось место в команде, да и премиальных становилось все больше: «Мне очень повезло, что моя карьера сложилась в столь подходящую эпоху. Моя задача была проста: оберегать Стиви (Айзермана) любой ценой». Они были хорошими друзьями как на льду, так и за его пределами. Первый забивал голы, второй – делал все, чтобы ему в этом никто не помешал. Боб всегда стоял за Стива горой. А заодно и сам мешал сопернику.

Однажды на Проберта исподтишка напал Дэйв Семенко – знаменитый «телохранитель» Уэйна Гретцки. Мало того, что «Проби» был застигнут врасплох, так еще и судья разнимал их не слишком умело: Семенко продолжал бить, а Боб – нет. Но игрок «Детройта» не стал жаловаться – в следующий раз он начал бой (лицом к лицу, как и любил) и нанес оппоненту несколько таких сильных ударов, что тот долгое время не мог подняться на ноги. «Кто победил бы, будь они оба в расцвете сил? Не знаю. Но они не уступали друг другу ни в чем», — рассказывает Стив Айзерман. «Проби» тоже был на льду далеко не ангелом. Но если возникала потасовка или драка с его участием, то все были уверены: Боб не подведет.

«Я хочу, чтобы вы знали, что вы – настоящее позорище»

К 23 годам в послужном списке Проберта появилась еще одна ночь в тюрьме (возникшая в результате сделки с судом в обмен на снятие условного срока), разбитый вдребезги спортивный автомобиль, очередные походы по питейным заведениям, обильно смакуемые местной прессой, а также новые требования клуба пройти курс лечения от алкоголизма. Но вместо этого хоккеист приобрел новый катер, спорткар, а также продолжал употреблять наркотики. Он получал по 80 тысяч долларов в год и моментально все просаживал. Однажды их с Петром Климой, не так давно сбежавшим из Чехословакии, отстранили от матчей за опоздание на командный автобус – засиделись в баре. А еще как-то раз он удерживал входную дверь самолета, задерживая вылет, чтобы дождаться приятеля по команде. Его за это не то что дисквалифицировать – реальный срок дать могли, но Проберт в первую очередь думал о команде. Именно такое сплочение помогало «красным крыльям» постепенно взлетать из пропасти.

Боб продолжал жить в свое удовольствие, напрочь забывая об обязанностях: «Девеллано позвал меня к себе. Показал пачку хрустящих стодолларовых купюр и противоалкогольные таблетки. Предложил по одной за каждый день. Но я отказался – то лето было моим, и мне было не до клуба». Тафгай понял, насколько все серьезно, только когда у него отобрали разрешение на работу в Штатах и не выпускали из Канады. А позже пришел его юрист, заявив, что впредь отказывается представлять его интересы. Проберт узнал, как тяжело было слушать очередные новости о его похождениях маме с бабушкой. Пожалуй, впервые ему по-настоящему открыли глаза. Он попытался притормозить, но сделать это было уже не так просто. Да и репутация сыграла против него злую шутку. Теперь любой его мало-мальский проступок сопровождался газетным заголовком, где хоккеист вновь был представлен в нетрезвом виде. А еще за ним стали следить приставленные клубом частные детективы. Вскоре вскрылось его пристрастие к кокаину. «Ред Уингз» что было сил пытались обменять Проберта, но безуспешно. Наркотики стали для него большой проблемой. Все закончилось тем, чем и должно было: он попался с поличным на границе. И опять его дурная слава: зная, кто стоит перед ними, пограничники обыскали Боба всего с ног до головы и все-таки обнаружили то, чего так ждали.

На этом карьера игрока могла закончиться. Но опытная команда адвокатов смогла не только добиться его освобождения до слушания, но и создать прецедент в американском законодательстве, согласно которому граждане других стран получали в суде такие же права, как и подданные США. Шесть месяцев тюрьмы и вовсе стали для него великолепной новостью – все могло обернуться намного хуже. «Вы Боб Проберт? Я хочу, чтобы вы знали, что вы – настоящее позорище», — говорит ему при встрече маленькая девочка. Чтобы понять, как тафгай провел время в заключении, достаточно посмотреть любой тематический голливудский фильм. Были проблемы с соседями, начальством, режимом — словом, все как экранах. Разве что, побега не было – срок слишком короткий. Попав в такие условия, любой человек начнет ценить то, чем так легко разбрасывался раньше. К Бобу постоянно приезжали родственники, друзья, представители клуба. Навещали и товарищи по команде. Айзерман, всегда вежливый, тактичный и дружелюбный, подбадривал своего «охранника», заступаясь при этом за него в разговорах с прессой. А еще в тюрьме Проберт наконец-то закончил свое среднее образование.

«Я никак не мог понять, почему мне нельзя выпить»

Новой серьезной проблемой стал пожизненный запрет на выступления за клубы НХЛ. Его-то по окончании тюремного срока никто не отменял. Удалось договориться о встрече с президентом Лиги Джоном Зиглером. Помимо Боба и Джона на ней присутствовали мать хоккеиста, его адвокаты и все руководство «Детройта» во главе с Майком Иличем. Вместе они убедили Зиглера, что Проберт получил уже сполна, и теперь действительно встает на верный путь. Стоит отметить, что в новом реабилитационном центре, осуществлявшем принудительное лечение Боба, порядки были гораздо строже. Изгнание оттуда означало бы для него окончательное и бесповоротное прощание с хоккеем. Поэтому ему действительно приходилось переставать пить, а вдобавок к этому – принимать лошадиную дозу всевозможных лекарств. «Я очень нервничал из-за всего этого, мне все осточертело, и я никак не мог понять, почему мне нельзя выпить», — вспоминал Проберт. В те нелегкие времена ему на помощь пришла девушка по имени Дэни Вуд – сестра канадской актрисы Жаклин Вуд. Ранее они встречались, и у нее даже получалось до поры до времени закрывать глаза на все выходки Боба, но в итоге она не выдерживала и уходила. И вот, вернулась. До этого Проберт некоторое время жил с Шелдоном Кеннеди – еще одним проблемным парнем. Они вместе гоняли на своих автомобилях и катерах, стараясь притупить свои зависимости, и стали закадычными друзьями. Но потом Боб и Дэни поселились под одну крышу – то, чего тафгай ранее никогда не позволял себе в отношениях с женским полом.

«Проби» разрешили играть. Правда, при этом он не мог выехать за пределы США, иначе обратно его уже не пустили бы. Он даже вышел на лед в четырех заключительных матчах практически полностью пропущенного сезона, а в одном из них стал автором победного гола. Следующий сезон начался с двух драк против «Комбайна» Стю Гримсона. «Здоровый такой громила, но, как ни странно, у него были проблемы с равновесием. Этим-то я и воспользовался, хотя выносливость, ставшая моей отличительной чертой, у Гримсона также была на уровне», — писал про те бои Проберт. Он достиг такого уважения, что новичкам даже не позволялось сразиться с ним, прежде чем они не пройдут других, менее именитых бойцов. Этот путь прошел Тай Доми. Он анонсировал свою встречу с Бобом задолго до дня матча. Доми несколько раз приглашал его на драку, и когда получил согласие, не преминул продемонстрировать себя во всей красе. «Он был действительно крут, умел драться по-настоящему», — говорил Проберт. Кто победил в том бою – вопрос спорный. Но уже то, что схватка шла на равных, однозначно играло в пользу Доми. Он даже изобразил, будто отнял у соперника чемпионский пояс. Правда, уже в следующей драке Боб поставил все на свои места, нанеся Таю несколько отличных метких ударов в затяжном поединке, а Стив Айзерман при этом продемонстрировал возвращение «пояса».

«Дети – это лучшее, что я когда-либо делал»

Со временем удалось решить все проблемы с законом, и Проберт вновь смог въехать на территорию Канады без последствий. Впервые за три с половиной года он отправился в Торонто, Оттаву, Монреаль и, конечно же, родной Виндзор. На Рождество он предложил Дэни выйти за него замуж. «Впоследствии я еще неоднократно задумывался: неужели я теперь хочу быть всегда с одной и той же женщиной? В день свадьбы я чуть не сбежал с другом в Вегас, но меня вовремя отговорили», — вспоминал об этом событии Боб. Что интересно, в тот же день свою свадьбу справлял Тай Доми. Позже Дэни стала единственной женой хоккеиста, когда-либо принимавшей участие в шоу Дона Черри. В январе 1994-го хоккеист узнал, что станет отцом: «Это выбило меня из колеи. Я никак не мог принять тот факт, что вскоре стану папой». Но когда на свет появилась дочка, у него были уже совсем другие эмоции: «Дети – это лучшее, что я когда-либо делал».

Одной из самых знаменитых драк Проберта стала встреча с Марти Максорли. Она продлилась более полутора минут – феноменальный показатель. Никто не желал уступать ни сантиметра, этот бой стал настоящей классикой жанра. В конце, когда судьи наконец-то смогли начать их разнимать, палец игрока «красных крыльев» застрял в шлеме оппонента. И тогда Марти наклонился к нему и помог высвободить. У них не было неприязни друг к другу – только взаимное уважение. Боба можно было не уважать в повседневной жизни, но на льду – никогда.

После сезона-93/94 у Проберта истек контракт с «Детройтом». Несмотря на всю скандальность фигуры тафгая, им заинтересовалось несколько команд. Звонки поступали от «Рейнджерс», «Лос-Анджелеса», «Филадельфии» и «Чикаго». «Ястребы» предложили контракт на 4 года по 1,5 миллиона за каждый плюс бонусы. «Сент-Луис» предложил 5 лет по 2,4, но Боб отказался, мотивируя это своей нелюбовью к городу. А вот Чикаго был его любимым после Детройта местом, и переезд туда он рассматривал всерьез. Но вообще Бобу хотелось остаться в «Ред Уингз», и поэтому он до последнего ждал от клуба контракт на сопоставимую сумму. В итоге Майк Илич смог пообещать тафгаю лишь 800 тысяч – почти в два раза меньше «Блэкхоукс». Выбор Проберта был очевиден.

Новоселье хоккеист отправился отмечать в бар, приняв очередную порцию алкоголя и наркотиков, после чего сел за руль без водительских прав. Его остановил полицейский, но, узнав новоиспеченного «ястреба» в лицо, отпустил. Вскоре произошло падение с мотоцикла – Проберт чудом остался цел. В больнице вскрылось содержание кокаина в организме – начались очередные проблемы. «Чикаго» внесли в контракт такие условия, как обязательная проверка врачей и запрет на вождение транспорта, а новый комиссионер НХЛ Гари Бэттмен и вовсе не допустил его до матчей. Проберт всегда очень плохо о нем отзывался: «Мало того, что он разрушил всю игру, так еще и действует исключительно в интересах владельцев клубов». И снова трудовые будни в лечебном центре… Тот сезон Бобу пришлось пропустить, но он получился сокращенным из-за локаута, так что удар получился не столь сильным.

В этот раз терапия действительно принесла свои плоды. Встретившись после нее со своим знакомым барменом, долгое время снабжавшим его наркотиками, тафгай, как обычно, взял пакетик. Положил его к себе в сумку, и там он пролежал 6 лет – до последнего сезона Боба в НХЛ. «У меня был ребенок, и я не хотел возвращаться к прежней жизни», — говорил он. Проберту хорошо игралось в «Чикаго». Его поддерживали болельщики, не было грязи со стороны прессы (хотя бы потому, что о хоккее в Чикаго писали меньше), в одной команде с ним были Крис Челиос, Тони Амонте, Алексей Жамнов, Эрик Дазе.

«Ты серьезно думаешь, что я буду с тобой драться?»

«Даже специалисты не всегда видят разницу между хорошей дракой и обнимашками. Вот Дональд Брашир – из тех, кто больше привержен ко второму. Он никогда вчистую не проигрывает, но и не выигрывает. У него отличные данные, но вместо широких ударов он прижимается к тебе и наносит мелкие тычки. Когда я с ним дрался, я всегда мечтал набрать еще лучшую форму и в следующий раз отдубасить его по полной», — рассказывал Проберт. В матче против «Флэймз» один из игроков «огоньков» напал на Челиоса. Все ждали, что Боб поедет вымещать долги на Тео Флери. Тот уже был готов к нападению. Но тафгай лишь рассмеялся: «Ты серьезно думаешь, что я буду с тобой драться? Ну ты и…».

Со временем Проберт стал постепенно терять форму. Если в 80-е он был неоспоримым «номером 1», то в 90-е картина становилась другой. Ну, не может организм так долго выдерживать такие физические нагрузки. Участились травмы, разрывы связок. Нет, по-прежнему были отличные бои, например, с тем же Таем Доми. Но постоянно держать планку на таком высоком уровне становилось все тяжелее и тяжелее. Да и «Чикаго» в те времена был далеко не на передовой линии. Челиос ушел в «Ред Уингз» и под 24-м номером, принадлежавшим ранее Проберту, выиграл там два Кубка Стэнли. Так уж получается, что через некоторое время после ухода Боба и «Детройт», и «Чикаго» добивались оглушительных успехов. Но трибуны их стали заполняться еще раньше – во многом благодаря тафгаю. Хотя «Проби» выделялся не только как энфорсер – его техника всегда была на очень даже высоком уровне.

Шесть лет хоккеист был в завязке. Он понимал, что срываться просто нельзя – к тому времени у него было уже четверо детей: три дочери и сын. И даже когда он снова брался за старое, его вовремя останавливали. Правда, как всегда, не обходилось без неприятных ситуаций с полицией – ему еще не одну ночь предстояло провести за решеткой и выдержать не один судебный процесс. В 2002-м Проберт был выставлен на драфт отказов. К тому времени он был уже бледной тенью самого себя. Стоит вспомнить хотя бы его бой с Андреем Назаровым – Боб не смог одолеть далеко не самого мощного тафгая Лиги, каких раньше щелкал как орешки. Да и роль энфорсеров стала умаляться, потребность в хороших бойцах становилась все меньше. Как-то раз в разговоре с журналистом Проберт пошутил, что у него болит сердце за современный хоккей. В итоге он принял решение о завершении карьеры.

Боб приехал в «Детройт» на церемонию чествования Стива Айзермана в 2007-м. В тот день на «Джо Луис Арене» собрались все знаменитые игроки «красных крыльев» — те, кто приносил клубу славу. Тафгая могли не пустить из-за очередных проблем с алкоголем и законом, но ради такого события Майк Илич выбил для него разрешение. Из-за затянувшегося пограничного контроля «телохранитель» прибыл на поднятие номера своего «подопечного» под своды лишь за пару минут до официального начала. Но он сделал это. Стив был несказанно рад его появлению. Изначально планировался выход Проберта вместе с его «Братом Синяком» Джо Кошуром, но в итоге он появился вместе с Владимиром Константиновым. Два некогда крепких парня, у которых так по-разному, но так одинаково печально сложилась судьба… Это было последнее легальное появление Боба в США.

«Тафгай: Моя жизнь на грани»

По окончании игровой карьеры Проберт все свое время старался уделять семье. Еще он принял участие в телевизионном шоу а-ля «танцы на льду», где тафгаев ставили в пару к профессиональным фигуристкам. А еще Боб дважды побывал в Афганистане, чтобы поддержать тамошний канадский контингент. «Проби» продолжал пить и принимать наркотики, но уже в более ограниченной форме – только чтобы не появилось состояние «ломки». Дэни постоянно твердила ему сходить на полное медицинское обследование. Он обещал, но постоянно находил причины отложить это дело на потом.

Возможно, хоккеист предчувствовал свою раннюю смерть. Он неоднократно удивлялся, как его организм справляется с колоссальными нагрузками на тренировках, играх, а после – в барах и клиниках. Проберт начал писать автобиографию под названием «Тафгай: Моя жизнь на грани». Она стала его исповедью. Ему надоели небылицы о себе в прессе, да и скрывать спустя годы ему было уже нечего. Он открыл миру все факты своей карьеры и своей жизни. Далеко не каждый смог бы совершить столь сильный поступок. Сквозь строки в его словах чувствуется нотка сожаления, грусти, предчувствия… Он понимал, что никто не может прожить долго при таком образе жизни, что был у него на протяжении лет 15-20. Последняя фраза, оставленная им в книге за несколько дней до смерти, описывала семнадцатую годовщину свадьбы: «Это был чудесный день». Она словно подводит итог всей его жизни: да, он раскаивается во многом, но ни о чем не жалеет.

5 июля 2010-го. Жаркий летний день. 45-летний Боб вместе со своей семьей отправился кататься на катере. Ему хотелось приехать туда утром, но получилось только днем. Хоккеист классно управлял лодкой, периодически давая порулить детям. «Он вообще никогда и ни в чем им не отказывал. Мне даже пришлось запретить им спрашивать у него разрешения, потому что дети знали, что он непременно согласится», — говорит Дэни. Когда они находились уже достаточно далеко от берега, от катера отломилась какая-то деталь. Боб перегнулся через борт, чтобы устранить дефект. Спустя несколько минут он резко выпрямился, пошатнулся и упал на водительское сиденье. Лицо его стремительно бледнело. Тесть Проберта, находившийся на борту, делал ему массаж сердца с искусственным дыханием. Дети постоянно кричали: «С папой же все будет в порядке, да?» Жена пыталась дозвониться до спасателей и скорой помощи, хоть до кого-нибудь – но сигнал был слишком слабым. Да и катером толком рулить никто не мог. Когда его, наконец, удалось доставить до берега, было уже слишком поздно. Через пару часов весь мир узнал о трагической новости.

Вечно свободный

Иногда «Проби» шутил, что не доживет до 50 лет. Это тот случай, когда слова материализуются. Через месяц будет ровно 5 лет, как его нет с нами. Хоронили тафгая красиво: гроб везли на мотоцикле с надписью «Вечно свободный». Какой же ценой обошлась эта вечная свобода… В кортеже было несколько автомобилей, а далее – сотни байкеров. Все – в черных футболках с его номером на спине: 24. Боб любил мотоциклы. Свой он ласково звал «Коровка Му-Му». На улицах было полно людей в его игровых свитерах и с флагами «Детройта» и Канады. Все, как одна большая семья, провожали Проби в последний путь.

Боб Проберт оставил жену, четырех детей и многочисленные воспоминания, видеозаписи и статьи о своих великолепных боях и матчах. Несмотря на столь неоднозначный образ Боба и множество его проблем с законом, вспоминать 24-го номера мы все будем именно как короля среди «полицейских».

Ранее в рубрике «Свалка»:

Скотт Паркер. Шериф и парикмахер

Рик Райпьен. Не обретенное счастье

Брайан Берард. Несчастливый талант

Стив Мур. Провокация ценой в карьеру

Трент Макклири. Цена одного броска

Клинт Маларчук. Родившийся в рубашке

Тони Твист. Хоккеист, байкер и легендарный боец

Джим Кэри. «Эйс», «Маска» и вашингтонская вспышка

Стив Чейссон. Парень, с которым уже не пойти в разведку

Владимир Константинов. Герой города моторов

Джон Кордик. «Рэмбо», проигравший самому себе

Дерек Бугард. Жизнь как схватка

Эрик Дазе. Сломанный, но не сломленный ястреб

Иржи Фишер: Хороший конец плохого вечера

Сергей Жолток: Торопившийся жить

Дмитрий Тертышный: Падение восходящей звезды

Майк Дантон: выбравшийся из «Свалки»

Александр Дэйгл: Талант, разочаровавший всех

Дэн Снайдер: Две поломанные судьбы за одну ночь

Комментарии (0)

Оставить коментарий

Новости партнёров

Александр Никитин значительно улучшил позиции в рейтинге губернаторов

Компания «Медиалогия» представила рейтинг губернаторов за апрель. В нем среди глав всех регионов России Александр Никитин занимает 50 позицию из…

Май 21, 2018

Sportbox

Лучшее фото

Журнал